08605a1a

Рыбин Владимир - Дверь В Иной Мир



Владимир Алексеевич РЫБИН
ДВЕРЬ В ИНОЙ МИР
- Марта, - спросил Андреев, - ты помнишь о Серой планете?
Он смотрел на закат, и лицо его оставалось бесстрастным. Марта
поежилась, словно от холодного ветра. Она слишком хорошо знала этого
человека - знаменитого исследователя микромира и своего ,
как о них говорили в Космическом научном городке, где они оба работали.
Она знала, что если на лицо его ложится маска бесстрастия, значит,
случилось что-то очень важное. Но она чувствовала, что вопрос о Серой
планете не самое главное из того, что ему хотелось бы сказать, и не
ответила.
- Выходи за меня замуж, - сказал Андреев, помедлив.
- Разве тебе со мной плохо?
- Хорошо, - все тем же равнодушным тоном сказал он. - Но я боюсь.
- Это я боюсь! - нервно засмеявшись и страдая от этого своего смеха,
воскликнула Марта. - Ты злой или совсем холодный. Я хоть умирай, ты все
равно не оторвешься от своих экранов, пока идет опыт. Думаешь, мне легко
одной?
- Ты не одна.
- Но не с тобой.
- Я боюсь, - повторил он глухим голосом.
- Чего? Я же сказала, что люблю тебя.
- Боюсь за себя.
- Но ведь я тебе верю!
Марта повернулась к нему, ища в его лице хоть каких-нибудь перемен.
Она понимала, что он имел в виду вовсе не соперницу, а что-то другое,
более серьезное, и сказала так из чисто женского кокетства, желая
переменить разговор. Но из этого ничего не вышло. Андреев никак не
отозвался, сидел неподвижно на холодеющем камне, с прежним кажущимся
равнодушием смотрел, как плющится солнечный диск на синей кромке морского
горизонта. Над Солнцем, над опаловой грядой редких облаков, в зеленоватом
небе нежилась Венера. Выше и правее ее холодно поблескивал искусственный
спутник Космического научного центра.
Марта снова поежилась, предчувствуя недоброе, с тоской взглянула на
Андреева и сжалась, маленькая, угловатая, обхватив себя за плечи длинными
тонкими пальцами.
- Чего ты боишься? - спросила она.
- Есть один опасный человек. Его зовут Бритт.
Она не могла удержаться от удивленного восклицания:
- Наш добряк?!
- В том-то и дело, что добряк. В этом эксперименте излишний оптимизм
недопустим.
- В каком эксперименте?
Он понял, что проговорился, и принялся, как мог, популярно объяснять:
- Слышала о такой величине - десять в минус тридцать третьей степени
сантиметра? Поколения физиков мечтали о проникновении в нее. Потому что
это очень любопытно - заглянуть за теоретический микропредел. Теория
утверждает, что на таких сверхмалых расстояниях гравитация уже не
гравитация, кванты не кванты и скорость света совсем иная. Мечты были
красивы, ибо оставались недостижимы: для того чтобы расщепить квант
пространства-времени, мало было суммарной мощности всех имеющихся в
распоряжении человечества энергетических запасов. Но вот явился этот
оптимист Бритт со своей новой теорией...
- Ну и что? - спросила Марта, не дождавшись продолжения.
- Совсем другой подход к проблеме. Похоже, что с этой стороны можно
подобраться к теоретическому микропределу.
- Ну и что?
- При определенных условиях все переходит в свою противоположность, -
раздраженно сказал Андреев. - Два минуса образуют плюс, слыхала?..
- А чего ты горячишься?
Ему не хотелось говорить всего. Он знал свою беспокойную Марту и
готов был хоть накричать и обидеть, лишь бы не напугать.
Ветер налетел ритмичный, порывистый, словно был заодно с волнами,
бьющимися о берег.
- А что Серая планета? - помолчав, спросила Марта.
- Там были записаны сказки о пришельцах.
- Ну и что?
- Одна очень



Назад