08605a1a     

Рыбин Владимир - Здравствуй, Галактика !



Владимир Алексеевич РЫБИН
ЗДРАВСТВУЙ, ГАЛАКТИКА!
Наконец-то тишина. Ни дозвездных вихрей, ни дикой вибрации, от
которой немели даже роботы, ни исступленных воплей двойников. Тишина.
Хочется закрыть глаза и забыться, утонуть в мягкой колыбели электросна.
Пожалуй, я так и сделаю через четыре часа, когда блоки памяти скопируют
сумятицу моих мыслей и воспоминаний, а главный электронный мозг проверит
все системы корабля, проанализирует случившееся за время этого проклятого
витка. И доложит, что все в порядке. Тогда я разбужу своих товарищей.
Через четыре часа...
С чего это началось? Мне было бы проще анализировать с конца. Но так
уж мы запрограммированы - нам подавай с начала. А начал этих в любом деле
хоть пруд пруди. Даже если заранее договариваться о том, что считать
началом, так сказать, стабилизовать свое положение в пространстве -
времени. А если перевернуться? Тогда конец будет началом, а начало концом.
И классические причинно-следственные связи запутаются окончательно. Как
зеленоглазая Ариа в своих по-женски нелогичных поэтических вымыслах.
...- Петро, хочешь добраться до тайны тайн?
Так сказал мне Иван Поспелов, первый заводила нашего детского
, умудрившийся каким-то образом стать первым астрофизиком Земли.
Сказал, как и в детстве, на всякий случай посмеиваясь. Хоть точно знал: в
наше время на манящий свет тайны, закрыв глаза, кинется каждый человек.
Чем еще и жить человеку, как не борьбой с неведомым. Трудней борьба,
значимей и победа...
С того простенького вопросика и начались мои мытарства. Хотя, если
разобраться, были и другие причины. У одной из них есть имя - Ариа.
Первый раз я увидел ее в Лунном городке на смотровой площадке -
прозрачной полусфере, повисшей над пропастью. В тот раз Ариа стояла
посередине площадки и читала стихи своих предков:
-
От стихов веяло древней мистикой, и сама Ариа, какая-то вся
контрастная, ярко освещенная солнцем, была как призрачный световой блик на
бархатном фоне неба.
Не отдавая себе отчета, я пошел к ней через всю площадку по матово
поблескивавшему полу. Увидел, что она мулатка, что плечи у нее мягкие и
округлые, а глаза зеленые, как у кошки.
.
- Вы тоже летите к центру? Вместе с нами? - спросила она так, словно
мы были сто лет знакомы.
- Вместе с вами? - воскликнул я, сразу забыв о своем решении никуда
не лететь. - Конечно!..
- Слышите?
Она взяла меня за руку и подняла голову, прислушиваясь. Лицо у нее
было мягкое, без единого выпирающего мускула, и в то же время сильное
упрямое лицо женщины, не знающей сомнений.
- Слышите?
Я пожал плечами. Я ничего не слышал, кроме стука своего сердца.
- Разве вы не знаете, что космос кричит?
- Ну и что?
- Слышно...
Я хотел сказать, что это ей чудится, но она вдруг опустила голову и
продекламировала, глядя куда-то сквозь меня:
-
Н-да, мне и теперь кажется, что она знала о чертовщине, ожидавшей
меня.
Мы летели недолго. Только что в самом начале, когда добирались до
нулевой зоны, расположенной в ста двадцати астрономических единицах. Там
мы вошли в подпространство и выскочили из него почти в расчетной точке -
на периферии звездного сгустка центральной части Галактики. Отсюда
по-настоящему и начиналась наша экспедиция. Предстояло вонзиться в
звездную кашу и сделать только один виток, подобно комете обогнув центр
Галактики. Прежде управляемые роботами корабли уже дважды проделывали этот
путь, и он считался вполне безопасным. Но человек есть человек, ему мало
голой информации, ему подавай впечатления. К



Назад