ремонт кофемашин 08605a1a

Рыбин Владимир - Жемчужное Зерно



Владимир Алексеевич РЫБИН
"ЖЕМЧУЖНОЕ ЗЕРНО"
Багровея, словно наливаясь кровью, звездочка импульса на приборе
контролера-автомата поползла вверх, подрожала, достигнув середины шкалы, и
снова стала сползать и бледнеть. Сигнал поступал с сорок четвертого
участка, примыкавшего к морю. Федор выбежал на крыльцо. Испещренная
клетками бассейнов огромная лагуна поблескивала миллионами пузырей, шипела
и стонала. От нее несло холодом.
"Надо осмотреть этот сорок четвертый", - подумал Федор. Он открыл
дверь, чтобы сообщить о своей отлучке на главный диспетчерский пункт, и
застыл на пороге: экран видеофона на пульте светился, в его глубине,
занимая все пространство, лежал кристалл. Точеный октаэдр поблескивал
треугольными плоскостями, вспыхивал искорками цвета переспелого граната с
фиолетовым отливом. Казалось, что это никакой не кристалл, а сосуд в форме
кристалла, наполненный огненной жидкостью.
- Хороша игрушка? - услышал он измененный динамиком голос жены. - Вот
какие подарки приносят женщинам настоящие мужчины.
- Андрей? - догадался Федор, и сердце его упало.
И тут на экране появилось лицо Андрея, сильно изменившееся за годы,
пока он его не видел, осунувшееся и бледное, как у большинства
космонавтов.
- Здравствуй, дружище! Извини, старина, не удержался. Нашел эту
штучку в космическом мусоре и решил подарить Тоне. Ты же знаешь...
Федор молчал, приходя в себя. Ему ли не знать! Семь лет, сколько
женат, тщетно борется он с ревностью, стараясь подавить в себе это
недостойное чувство, неизвестно с какими генами доставшееся ему по
наследству.
Когда-то еще в университете у них сложился классический треугольник:
Федор Буренков - Тоня Коновалова - Андрей Карпинский. Андрей был первым
щеголем на курсе, к тому же он специализировался по космической технике, и
Федор почти не сомневался; что в этом треугольнике ему уготована роль
тупого угла. Тоня тоже увлекалась космической техникой, что еще понижало и
без того ничтожные шансы Федора. Но судьба любит играть с людьми в жмурки.
На выпускном вечере, когда был объявлен многозначительный белый вальс,
Тоня демонстративно через весь зал пошла к нему, к Федору.
Через месяц играли свадьбу. Андрей тогда целый вечер просидел
молчаливый. А на другой день ушел работать в метеоритный патруль. Ушел,
как он говорил, чтобы только оторваться от земли, по которой ходила Тоня.
Но так там и прижился, став, как он сам себя называл, небесным
дворником...
- Ты чего молчишь? - забеспокоился Андрей.
- Здравствуй, - угрюмо ответил Федор. - Где ты ее взял?
- Кого?
- Вот эту... этот кристалл.
- Я ж говорю: нашел в космическом мусоре. Ты даже не представляешь,
сколько всего летает в космосе. Иногда попадается интересное, вроде этого
кристалла. Я его в термостате привез. Чтоб сохранить космический холод.
- Кусочек космоса! Прелесть! - воскликнула Тоня откуда-то из-за
экрана. - Приезжай, Федя, пока он не оттаял.
- Да он, похоже, никогда не оттает, - сказал Андрей. - Поразительная
теплоемкость. Три часа лежал на солнцепеке, а ничуть не согрелся.
- Похож на гранат, - сказала Тоня.
- У граната ромбовидные плоскости, - сердито поправил Федор.
- Похож на гранат, - упрямо повторила Тоня. - А форма алмаза.
- Загадочный кристалл, - сказал Андрей. - Вроде неземной, а был почти
на круговой орбите...
Федор вдруг вспомнил, что Андрей три часа как приехал, и заметался по
комнате, словно заяц, почувствовавший на спине когти совы. "Три часа, а
мне сообщили только теперь?!"
- Федя, ну как тебе не



Назад