08605a1a

Сабиров Рустем - Снегопад



Рустем Сабиров
СНЕГОПАД
Обыкновенное кафе. Даже не кафе, а рюмочная. Все на месте - низкий,
давящий потолок с грубой лепниной и подозрительно желтыми потеками,
столики с дистрофичными иксобразными ножками, тяжелый дух засорившейся
водопроводной раковины, музыка с мигалочками, барменша (или как там,
барвумен?) с профессионально сонным лицом, на заднем плане - синхронно
жующие морды охранников-вышибал. Наверняка, раньше тут был какой-нибудь
приемно-сдаточноый пункт.
Этот, в полупальто, уже заказывает. Задержимся покуда, столиков
свободных много, это хорошо. Мало народу -"это тоже хорошо. Какая-то
совсем юная дева в ядовито-желтой ушанке из последних сил развлекает
долговязого вислоносого юнца.
По одежде - иностранец, по выговору - поляк или чех. На подоконнике
пристроилась еще одна парочка, дама что-то гневно и шепотом выговаривает
своему невменяемому спутнику и показывает на часы. И еще двое-трое
совершенно неразличимых и безмолвных. Тот, в полупальто, заказал коньячок,
пятьдесят грамм, стакан минералки и шоколадку. Скромненько. Вот и моя
очередь. Барвумен поднимает на меня жвачно-млекопитающие глаза, что
означает: Говори, но по быстрому. "Мне, пожалуйста, водки, стакан
минеральной. Ну и закусить. Что у вас, винегрет?
Давайте винегрет". -"Сколько?" - "Винегрета?" - "Водки сколько,
гос-споди! Сто, двести?" - "Давайте... давайте двести..." Тот, в
полупальто, встал за самый дальний столик в углу. Как чувствует. Почему -
как? Чувствует. Теперь со всей этой снедью надо плавно переместиться туда,
к столику в углу. И не тянуть, не тянуть, а то ведь допьет свой коньяк,
сжует шоколадку и поминай как звали... А вообще утробное какое-то
местечко, будто со страшной картинки в детстве. Были такие картинки. Они
потом снились. И сейчас очень хочется - проснуться. И главное, еще не
поздно уйти отсюда. Навсегда, навсегда...
Когда Виктор Сергеевич переместился к столику, неподвижно стоящий за
ним мужчина, не подняв головы, отрешенно вертел в руках ополовиненный
стакан с мертвенно пузырящейся газировкой. Неужто ждет? Теперь главное -
как-то начать разговор.
Как угодно, наплевать, с любой глупости. Или уж выпить сперва?
Половиночку...
Ф-фф!
А это еще что? Ха, пуговица в винегрете. Дамская пуговка.
- Пуговица, - неожиданно громко хмыкнул Виктор Сергеевич, концом вилки
брезгливо выбросил на столик маленькую желтую пуговицу. - Как говорится,
пикантное блюдо.
- Это вы мне?- поднял голову сосед по столику.
- Да. То есть - вообще. Не в пуговице, конечно, дело...
- Не в пуговице. А в чем тогда? Говорите, только поживее. Вы меня уже
который час пасете. Ну так вот, я вас слушаю. Что вы имели сообщить?
- Видите ли, - Виктор Сергеевич нервно стиснул стакан, - мне
действительно кое-что хотелось вам сказать. Вернее, спросить. Вы только не
удивляйтесь.
- Не удивлюсь.
- Дело в том, что вы очень похожи на одного человека. Вернее... Черт,
дикость какая-то! Понимаете, это было давно, лет двадцать... пять тому
назад. Нет, ровно двадцать пять! Как раз в декабре. У нас сегодня седьмое?
Так вот, двадцать пять лет и два дня. Я тогда в армии служил... Это,
простите, вам ничего не говорит?
- Не говорит.
- Но как же так! - воскликнул было Виктор Сергеевич, но тут же осекся -
получилось глупо. Но почему-то именно в этот момент он почувствовал, что
не ошибся. Такого сходства просто быть не могло. Главное - голос! Это
характерное "В" с прикусом. Больше похожее на "Ф". Эта манера поминутно
закрывать глаза. Не моргать, а именно з



Назад