08605a1a

Савватеев Владимир - Без Названия



Владимир Савватеев
Описываемые далее события происходили в 1986 году в Москве,
во Всесоюзном еще тогда, научном центре хирургии (ВНЦХ), куда я
приехал буквально уже на излете своих физических кондиций, и где мне
предстояла большая и сложная операция. Возможно в ущерб
увлекательности повествования сразу скажу, что я остался жив и все
кончилось хорошо. Мало того, в результате я получил относительное
здоровье, что дало мне совершенно иное качество жизни. Это является
одной из важных причин, по которым я не могу забыть то время.
Остальные, не менее важные причины я попробую донести в тексте.
ПРЕДЫДУЩИЙ ДЕНЬ
26 августа. Дождь. По спланированному маршруту приехали в ВНЦХ.
Вестибюль, в нем тепло и сухо. Разделись и прошли на второй этаж.
Там немного народа. Постояли. Затем нас пригласили в биохимическую
лабораторию. Там слушали Ковырялкина и Пастенас. Предложили
госпитализацию. Вышли из кабинета. Обидно, что не погуляю по
Москве. Остановились на лестничной площадке. Поговорили. Обидно.
Решили приехать завтра. Стоим на троллейбусной остановке,
спрятавшись за угол дома от дождя и ветра. Напротив киоск с надписью
"Квас". Но жажды эта надпись сейчас не вызывает. Маме холодно. Купили
тапки в ГУМе. Дождь.
ПЕРВЫЙ ДЕНЬ
Приехали с Мамой и братом к 10-ти. Пошли в приемное отделение. На
улице дождь, ветер выворачивает зонтики наизнанку. В приемном
сухо,тепло и много народу. Время от времени кого-то вызывают в
соседний кабинет. Вот и меня. Меня о чем-то спрашивают. Я что-то
отвечаю. Ведут куда-то в ванную, слушать. Докторша -
густонакрашенная. Вопросы - ответы. Не курю - расписался.
--Сколько дней длится обследование? (Дело в том что на тот момент в
мои планы не входило оперироваться.)
--Дней десять-двенадцать.
Вышел. Ждем гардеробщицу в таком составе: я, Санька Васильев и
Абдусалямов. Санька - парень лет 16-ти, довольно резвый и на первый
взгляд совершенно здоровый. Абдусалямов - среднеазиатский тип мужчины
с печатью неизбывной скорби на лице. Повели в корпус. Вместе с
родными. Поднялись на второй этаж. Гардероб. Мама разговаривает с
Санькиной матерью:
--Баталов проток? - Ну это легко. (Баталов проток это название
Санькиного порока)
--Да,я знаю.
Переодеваемся. Костюм на плечики, кроссовки в мешок, взял квитанцию
и вышел. Общительная старушка-гардеробщица все это время что-то
втолковывает Абдусалямову. Я себя плохо чувствую. Не понимаю, как ей
охота столько говорить. Расстаемся с Мамой и братом, я прохожу в лифт
и мы едем на 9-й этаж. Нас усаживают в холле ждать медсестру, которая
расселит нас по палатам. Холл включает в себя: диван кожаный-3шт.,
телевизор "Горизонт" цветного изображения - 1шт., картинки на стенах
и цветы. Сидим. Санька, оказывается, лежал здесь 2 месяца назад. Он
сунул нам "Правила поведения для больных", а сам со странной улыбкой-
ухмылкой куда-то смылся. Сидим. Я некоторое время размышляю над
причиной Санькиной веселости, потом углубляюсь в изучение правил.
Правила типовые. Поразило одно - душ каждый день с 19 до 20. Болит
живот, спина, колени, поясница, и т.д. Наконец пришла медсестра.
Взвешала, смерила. 64-184. Повела в палаты. Предлагает одиночную. Я
промолчал. Абдусалямов ухватился за эту мысль. У меня как всегда
позднее зажигание - я думаю: раз я тут не надолго то мне и
знакомиться ни с кем не придется, так что лучше бы мне в одноместную.
Но все - поздно. Повели меня в 908-ю. Палата побольше. Открыт
балкон. Две кровати сложной конструкции. Все светло чисто и
сверкает. Вот



Назад